Понедельник,
21 августа 2017
Наши сообщества

Священники и Майдан: что украинские церкви делают для умиротворения сторон конфликта?

5 февраля, "НГ-Религии"

Эскалация насилия и вошедшие в клинч на Украине власть и оппозиция, казалось, призвали для разрешения ситуации третью силу. Эту роль часто отводят религиозным организациям и лидерам. По отношению к Украине речь идет прежде всего о православной Церкви, которая здесь разделена на несколько организаций, а также о греко-католиках.

Пожалуй, самым ярким событием с участием представителей духовенства в ходе противостояния оказался выход 21 января между враждующими сторонами на улице Грушевского трех монахов Киево-Печерской лавры. Шел третий день боев на баррикадах. «Между «Беркутом» и баррикадами встали три священника-монаха, и прекратилась стрельба, перестали лететь камни и коктейли Молотова, прекратились взрывы свето-шумовых гранат», – красочно описывал этот эпизод глава пресс-службы Украинской Православной Церкви Московского Патриархата (УПЦ МП) протоиерей Георгий Коваленко, прибывший из Киева в Москву на XXII Международные Рождественские чтения. Однако, как выяснилось из его слов, подобные миротворческие действия были инициативой самих монахов и оказались для него и руководства УПЦ МП полной неожиданностью. «Утром 21 января меня разбудили телефонные звонки, – рассказал Коваленко. – В течение трех часов мы пытались понять: наши – не наши… Собрались и смотрели фотографии, смотрели видео, в конце концов поняли, что это – священники нашей Церкви».

Молитвенное стояние, в котором ближе к концу дня 21 января приняли участие до десяти священников, в том числе протоиерей Георгий Коваленко и секретарь Киевской епархии протоиерей Виктор Иващук, продлилось в общей сложности 22 часа – до 5.30 22 января. Как сообщает сайт «Православие в Украине», причиной ухода монахов из зоны противостояния майдановцев и «Беркута» «послужило возобновление силового противостояния между противоборствующими сторонами». То есть предотвратить насилие черноризцам не удалось. Как отмечали присутствовавшие на месте событий журналисты и блогеры, протестующие не слишком-то выражали уважение к людям в рясах. Мимо монахов вовсю свистели камни, брошенные в спецназовцев. Оппозиция, в свою очередь, обвиняет «Беркут» в том, что якобы гранатой, брошенной милиционером, выбило глаз одному из священников Киевского Патриархата, решивших повторить миротворческий подвиг собратьев из УПЦ МП.

Подобную тактику молитвенных стояний между противоборствующими сторонами – но во время затиший – освоили представители разных Церквей. «27 января 2014 года по благословению архиепископа Херсонского и Таврического Иоанна на площади Свободы у здания Херсонской областной государственной администрации, где проходят митинги сторонников власти и оппозиции, священнослужителями города Херсона был отслужен молебен о мире в Украине, – сообщает сайт Херсонской епархии УПЦ МП. – Молебен совершался между двумя майданами».

Днем позже во время голосования об отставке главы совета Монастырского района (какая горькая топонимическая ирония!) Тернопольской области регионала Романа Билыка священнослужители Украинской Греко-Католической Церкви выстроились живой цепью в облачениях и с крестами в руках у дверей облсовета, чтобы не дать оппозиционерам туда прорваться.

Ожесточение противостояния милиции и оппозиции вынудило сбавить тон даже тех духовных лидеров, которые в первое время поддерживали майдан. 20 января ряд украинских информагентств сообщил, что Патриарх Киевский Филарет (Денисенко) отлучил от Церкви священника Павла Добрянского, который объявил себя «духовным комендантом майдана». Так, по словам источника информационного ресурса «Регион Киев Медиа» в Киевском Патриархате, Филарет «зачитав указ об отлучении отца Павла от Церкви, лично снял с него крест». На официальных медиаресурсах Киевского Патриархата за прошедшее время не появилось ни подтверждения, ни опровержения этой информации.

Представители Церквей готовы были взять на себя функции парламентеров. Это, правда, не всегда удавалось. Так, присутствующий на месте событий российский блогер Илья Варламов цитировал 25 января в своем блоге слова одного из бойцов «Беркута» о том, что милиционеры «через священников пытались договориться», чтобы оппозиционеры «не жгли свою резину», которая заволакивала позиции «Беркута» темным ядовитым дымом, но из этой затеи ничего не вышло. 24 января в ходе боев за здание Министерства аграрной политики и продовольствия, как свидетельствуют очевидцы, к осажденным нескольким сотням бойцов МВД был направлен целый ряд парламентеров – от боксера-оппозиционера Виталия Кличко до представителей Красного Креста и Церкви. В итоге внутренние войска оставили здание без кровопролития – но какова в этом была роль Церкви и какой именно, сложно сказать.

О готовности «принять участие во встрече президента с лидерами оппозиции и приложить максимум усилий для достижения компромисса ради мира в Украине» заявил 24 января на заседании Всеукраинского совета Церквей управляющий делами УПЦ МП митрополит Антоний (Паканич). Он добавил, что «лидеры Церквей и религиозных организаций могли бы выступить гарантами выполнения тех договоренностей, которые будут достигнуты между властью и оппозицией».

Однако, как показывают события, протестующие склонны внимать парламентерам в рясах лишь тогда, когда те делают выгодные для оппозиции заявления. «Духовное руководство» над радикализировавшимся протестом священнослужители тем более не осуществляют.

Часто подчеркивается, что по обе стороны баррикад стоят дети одного народа и часто одной, христианской, Церкви. Тем не менее политические разногласия оказываются для них важнее общности веры, что, в общем-то, для истории Европы не ново. Насилие продолжается.

***

«НГР» обратились к лидерам христианских объединений Украины с просьбой рассказать, что они могут сделать для умиротворения сторон конфликта.

Патриарх Киевский Филарет 

(Денисенко)

– И наша Церковь отдельно, и все вместе в рамках Всеукраинского совета Церквей, мы не раз обращались к народу и власти с призывом к диалогу, прекращению эскалации насилия. Для этого мы встречались и с президентом, и с оппозицией. Некоторые плоды диалога уже есть, но его нужно продолжать, и мы готовы этому способствовать.Также наша Церковь совершает свое служение непосредственно среди людей на майдане. Ведь там много наших верующих, и они требуют помощи священников – духовной беседы, молитвы. Поэтому наши священники находятся среди людей – чтобы исполнять свои пастырские обязанности. И когда нужно – способствовать прекращению или уменьшению вражды, становиться между сторонами и призывать к благоразумию.

– В свое время оппозиция отказалась от продолжения переговоров с властью и возобновила их только после просьбы со стороны Всеукраинского совета Церквей и религиозных организаций. Можно ли сказать, что мнение представителей религиозных организаций действительно весомо?

– Мы рады, что власть и оппозиция начали переговоры, что были отменены несправедливые законы, которые привели к усилению противостояния. Но видим, что до разрешения кризиса еще далеко. К голосу Церкви участники противостояния прислушиваются. Не во всем. Если бы к нам прислушались в самом начале, если бы тогда был организован плодотворный диалог власти и оппозиции – возможно, удалось бы не допустить того, что мы видим сейчас, не было бы жертв. Но все же голос Церкви имеет вес. И власть, и оппозиция, и участники протестов к нему прислушиваются.

Тут еще важно понять, что Церковь не занимает ту или иную политическую сторону, но моральные оценки давать должна. Мы поддерживаем добро  независимо от того, кто его совершает – власть или протестующие, а когда поступают плохо – мы говорим, что так поступать не нужно. Если людям год говорили, что мы идем в Европу, а потом поступили по-другому – это обман, и Церковь не может это поддерживать. Если избили мирных студентов – это зло. Церковь не поддерживает ни оппозицию, ни власть – мы поддерживаем народ, поддерживаем правду, призываем к плодотворному диалогу и прекращению насилия с обеих сторон.

– Насколько в такой ситуации можно говорить о политизации представителей Церкви?

– Нужно ясно разделять то, что является политикой, куда Церковь не должна вмешиваться – и о чем Церковь обязана говорить. Мы не должны говорить о том, кого нужно назначить или уволить, какие партии или политиков поддерживать. Потому что Церковь открыта для всех. Но когда речь идет о правде и неправде, о насилии над людьми, о необходимости примирения – тут Церковь не должна молчать. Естественно, что у мирян и священников как граждан могут быть свои политические убеждения. Но я сам придерживаюсь правила и об этом напоминаю епископам и духовенству: не смешивать Церковь и политику. Если кто-то об этом забывает – мы принимаем меры.

Управляющий делами УПЦ Митрополит Антоний (Паканич)

– Конечно, мало призывать стороны к примирению, нужно делать и конкретные практические шаги для достижения мира. Такой шаг сделали монахи одного из киевских монастырей, которые 21 января вышли с крестом и иконами на улицу Грушевского, где как раз находился эпицентр противостояния, и встали между милицией и протестующими. После этого молитвенное стояние между враждующими сторонами продолжалось почти сутки, к этим монахам присоединились и другие киевские священники. Это был порыв христианской совести нашего духовенства. Священники своей молитвой и словом Евангелия стремились прекратить кровопролитие. Когда стало ясно, что конфликт продолжает обостряться, было созвано экстренное заседание Всеукраинского совета Церквей и религиозных организаций. Совет заявил о своей готовности встретиться как с президентом, так и с лидерами оппозиции, чтобы способствовать достижению компромисса. Такие встречи действительно состоялись. Представители Церквей и религиозных организаций призывали и власть, и оппозицию прекратить насилие и сесть за стол переговоров.

– Прислушиваются ли к голосу Церкви участники противостояния?

– Думаю, что наши усилия стали одним из факторов, позволивших приостановить силовое противостояние. В частности, когда мы встречались с лидерами оппозиции, стало известно, что президент готов провести с ними очередной раунд переговоров. Однако оппозиционеры не хотели ехать к президенту, не согласовав этот шаг с митингующими на майдане. В этой ситуации мы все однозначно заявили, что лидеры оппозиции должны ехать на переговоры с президентом, а Всеукраинский совет Церквей делегирует своих представителей, которые пояснят народу на майдане, что переговоры необходимы и что лидеры оппозиционных партий поехали к президенту по настоянию совета Церквей. Представители нескольких конфессий отправились на майдан и смогли убедить протестующих в необходимости продолжать переговоры с властью. И, кстати, именно в тот день наметился перелом в диалоге между властью и оппозицией.

– Насколько подвержены политизации в нынешней ситуации сами представители  Церкви?

– Будем откровенными, в ситуации столь жесткого противостояния внутри страны очень сложно не подвергнуться «политизации». Мы все – живые люди, со своими симпатиями и антипатиями, со своими вкусами и предпочтениями. Духовенство не может не переживать за судьбу страны, не может не размышлять о перспективах нашего политического развития. Главное, чтобы священник ни в коем случае не навязывал свои политические пристрастия прихожанам. Нельзя превращать амвон в место политической агитации. В этом наша принципиальная позиция.

Игорь Яцив, начальник 

департамента информации 

Украинской Греко-Католической Церкви

– Мы видим роль Церкви как посредника в разрешении конфликта. Важно, чтобы представители Церкви говорили со всеми сторонами противостояния и, более того, свели их вместе, чтобы побудить их говорить между собой. Это уже частично удалось сделать, когда благодаря Всеукраинскому совету Церквей получилось возобновить диалог между властью и оппозицией. Тогда майдан проголосовал за прекращение переговоров, но Совет призвал к возобновлению диалога. Представители Церквей пришли на майдан, объяснили народу, что продолжение диалога важно, за что люди на майдане скандировали: «Спасибо!» Но если говорить в целом, чем закончится этот конфликт и будет ли до конца голос Церкви услышан, то это сказать очень трудно. По крайней мере со стороны Церкви работа над примирением идет постоянно.

– Министерство культуры в начале года заявило о возможном отзыве свидетельства о регистрации УГКЦ. Можно ли это считать давлением власти?

– Письмо за подписью заместителя министра, где нас угрожали лишить официального статуса, не было недоразумением, как это потом пытались представить. Это был вполне продуманный шаг со стороны государства. На сегодня мы уже такого давления не чувствуем.

– В нынешних условиях, когда происходит политизация всего общества, складывается впечатление, что происходит политизация и Церкви, которая по определению должна быть отделена от государства. Так ли это?

– Церковь по сути является крупнейшей общественной организацией, безусловной частью общества. И когда само общество подвергается политизации, такой риск есть и у Церкви. И здесь надо сохранять определенные границы, не войти непосредственно в политический процесс, а оставаться просто на стороне народа, на майдане, но не проявляя политической активности. В течение всего этого времени так и было: Церковь была на майдане вместе с простыми верующими, по их же просьбе. Более того, присутствие священников на майдане является крайне важным, чтобы сохранять мирный характер протеста.

– Происходит ли взаимодействие представителей различных христианских организаций не только в рамках Всеукраинского совета Церквей и религиозных организаций?

– Что касается Совета, то он является высшей ступенью сотрудничества, но далеко не единственной. Майдан вообще стал поводом для четкого взаимодействия, взаимопонимания определенных позиций между различными религиозными организациями.  

Владислав Мальцев, Анатолий Хливный

Киев

Читайте о самых важных и интересных событиях в УНИАН Telegram и Viber
Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
loading...

Нравится ли Вам новый сайт?
Оставьте свое мнение