«Я не хочу, чтоб проливалась кровь!»: о съемках фильма «Сирия: война и вера»

«Я не хочу, чтоб проливалась кровь!»: о съемках фильма «Сирия: война и вера»

11 ноября состоялась премьера  фильма о жизни простых граждан Сирии в условиях боевых действий. Часть I

И гудит взволнованно эфир:
Люди мира, будьте зорче втрое,
Берегите мир, берегите мир…

А.Соболев. «Бухенвальдский набат»

«Это – не сопротивление, а открытый террор. Я хочу одного, чтобы ко мне вернулось зрение, взять снова оружие в руки и вернуть мир своей стране!». Эти слова произносит оказавшийся на больничной койке 28-летний майор сирийской правительственной армии – герой документального телефильма «Сирия: война и вера».

11 ноября на телеканале НТН состоялась премьера этого фильма, снятого совместно творческой группой телеканала «Интер» и Отделом внешних церковных связей Украинской Православной Церкви. Авторская группа – в составе автора и продюсера проекта Юрия Молчанова, продюсера Виктора Фролова, оператора Вадима Ревуна и протоиерея Захарии Керстюка – в начале сентября этого года отправилась в военную Сирию с целью – показать «без купюр» жизнь простых граждан Сирии в условиях боевых действий.

За время «арабской весны» мы привыкли слышать, мол: «борцы за демократию», которых поддерживает весь цивилизованный мир, спасают сирийцев от режима диктатора и тирана Башара аль-Асада. Однако в фильме «Сирия: война и вера» вы не услышите этого, вы услышите совершенно другие слова: «Вы, масс-медиа, покажите о нас правду, не переврите наши слова… Мы, весь народ Сирии, независимо от веры – и мусульмане, и христиане – будем противостоять войне…»

Как заметил автор Юрий Молчанов, эти слова приходилось слышать от каждого сирийца – будь то госслужащий, водитель, студент, солдат или торговец, поэтому не показать это в фильме было просто невозможно.

«Мне даже было жаль эфирного времени на то, чтобы показывать в тысячный раз позицию «свободной армии» Сирии, которая и так звучит на всех международных каналах, – добавил он. – Поэтому моя задача была – показать позицию народа, ее сегодня вы нигде не услышите…».

Что касается самой идеи проекта, то возникла она у сотрудника Отдела внешних церковных связей УПЦ протоиерея Захарии Керстюка больше года назад, когда он стал очевидцем преследования христиан во время так называемой «арабской весны» в Ливии. Так возникла идея снять документальный фильм о христианофобии в Сирии после прихода к власти радикалов.

По словам священника, он поделился этой идеей с ТВ-продюсером Юрием Молчановым, и в результате решили рассказать не только о жизни христиан, но и о жизни традиционных мусульман, которые также страдают от радикалов. Так, съемки фильма стали целью поездки в Сирию.

Однако до самой поездки, как признался автор проекта, отношение к военной ситуации в Сирии было таким, как у большинства украинцев: «повстанцы борются за права человека, кто-то кого-то убивает, но это нас не касается, это где-то далеко, в конце концов, это – личная проблема сирийцев».

В то же время, «арабскую весну» никто из творческой группы на тот момент уже не оправдывал. Все помнили процветающую Ливию, которая превратилась в разруху, и где мерило законов отныне – не Конституция, а автомат Калашникова. С такими мыслями съемочная группа и отправилась в военную Сирию…

Своими наблюдениями о положении христиан и мусульман в Сирии и интересностями о съемках фильма «Сирия: война и вера» поделился автор и продюсер Юрий МОЛЧАНОВ.

…о Сирии, которую мы увидели

К ситуации в Сирии я относился скептически, но не углубляясь. Видимо, Башар аль-Асад стал мишенью в решении вопросов транспортировки газа и нефти заинтересованных стран в этом регионе. Это я понимал. Но это было от меня так далеко…

Cирия - аэропорт

Итак, началась все ярко и интересно. Прилетаем мы в Иорданию прямым рейсом «Киев-Амман». Настроение хорошее, дальше – лететь в Дамаск. А нам говорят: «Извините, рейса никакого не будет». – «Как, не будет? У нас посадочные талоны в Киеве выданы «Амман-Дамаск». – «Извините, Дамаск не принимает, там война, мы туда не летаем. Вот у вас есть «зазорчик» – Амман-Дамаск, выбирайте в пределах стоимости любой полет».

Но нам любой не нужен, нам нужно в Дамаск. «Давайте полет через Каир». – «Хорошо, но нужно доплатить», – говорят. Хотя это – нарушение. Конечно, это все была «отмазка», просто не было пассажиров в Дамаск, кроме нас, и гнать самолет туда было нерентабельно.

В итоге и на обратном пути Иордания нам не дала вылета, хотя у нас были документы, и ничем не объяснила отсутствие самолета. Снова откликнулось консульство Сирии – нас довезли до Ливана, передали нашему посольству, а из Бейрута мы уже попали в Киев. К слову, сейчас мы будем подавать в суд на Иорданские авиалинии.

Так, в Аммане мы тратим почти все деньги, остается по 100 долларов на кармане у каждого на все про все, зато летим в Дамаск. Слава Богу, сирийцы пошли нам на встречу – встретили нас, поселили в самой безопасной гостинице Дамаска, где живут ООНовцы.

Правда, за две недели до нашего прилета возле этой гостиницы подорвали цистерну с мазутом. Копоть так и стояла. А спустя пару недель после нашего возвращения домой, рядом с отелем рванули Генштаб – вылетели все окна...
И вот в тот момент, когда мы оказались внутри этого «котла», хотя нас везде сопровождали, на наших глазах глотки никому не перерезали, и вокруг, в принципе, все было спокойно, но я понял, что ситуация разительно отличается от той, которую я наблюдал на мировых каналах…

Аэропорт Дамаска. Разорванный флаг, олицетворяющий нынешнюю Сирию 

Эти солдатики на улицах в военной форме 18 -19 лет – мальчишки совсем. Им бы за девчонками бегать, а они сидят на блокпостах, варят целый день кофе, сутками не спят, нервно реагируют на все автомобили потому, что в любом из них может быть взрывчатка, и взрывать будут тебя. Ощущение постоянного прицела. А эти солдатики сохраняли боевой дух – я уныния не видел. Вот, чего не было – уныния!

Солдаты

Или типичная картина: просыпаешься утром не от того, что у тебя будильник звонит, а от того, что что-то шандарахнуло так, что у тебя задрожали стены. Бегом влетаешь в штаны и выбегаешь на балкон посмотреть, что произошло. Буквально в километре валит дым, раздаются автоматные очереди, шарашат крупнокалиберные ДШК. Идет зачистка территории от боевиков.

А прямо под балконом бассейн – респектабельная публика нежится на солнце, лениво потягивая коктейли под легкий лаунжеобразный саундтрек. Никто не обращает внимания на стрельбу – привыкли. Самое страшное понимать, что люди привыкли к ожиданию смерти. Одних убивают, другие пьют кофе в кафе, ходят в школы, молятся в храмах и мечетях…

Бассейн

В госпитале Дамаска, куда мы пришли поснимать солдат, получивших ранения в ходе боевых столкновений, я поразился той степени патриотизма. Многие еще совсем юнцы, но степень их патриотизма зашкаливает! Невозможно не склонить голову и невозможно забыть.

Мы уже отсняли ребят, собрались уходить, и тут нам говорят, что в госпиталь привезли генерал-лейтенанта правительственной армии. Но мы объяснили сопровождающим, что не будем снимать генерала, потому что это неэтично: самого генерала вот-вот привезли, с ранениями, и тут мы – со своими камерами. Вдруг подбегает к нам камердинер: «Господин генерал приглашает вас к себе!».

Случилось так, что в тот день под столом в кабинете генерала, прямо во время заседания, взорвалась взрывчатка. Врачи только успели ему оказать первую помощь, а генерал, узнав, что в госпитале снимают журналисты из Украины, позвал нас к себе и стал говорить, даже не дожидаясь вопросов.

«Нет раздора на межконфессиональном уровне, нет «свободной армии» Сирии – есть бандформирования, уничтожающие всю государственную структуру Сирии. Идет тщательно спланированная США, Катаром, Саудовской Аравией, Турцией война!..», - с такими словами обращается к зрителю фильма «Сирия: война и вера» генерал-лейтенант сирийской армии Омар Абдуллах.

Госпиталь

…Остановились мы снять панораму у памятника погибшим воинам, вдруг вышел к нам мальчишка – лет 15-16, что называется, безусый юнец. Оказалось – охранник. А чуть дальше – еще один. Им бы, по-хорошему, в футбол рубиться между дворами, а эти мальчишки наперевес с автоматами Калашникова охраняют объект. Пока первый подошел к нам: «Кто мы такие, документы?», – другой снял автомат с предохранителя. А ведь совсем юнцы, еще пух над верхней губой…

Читайте продолжение материала «Я не хочу, чтоб проливалась кровь!»: о съемках фильма «Сирия: война и вера» на УНИАН-Религии 16.11.2012

Ольга Мамона - для "УНИАН-Религии"

Фото из архивов Юрия Молчанова и протоиерея Захарии Керстюка

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter