Монахи часто говорят: как нет на земле похожей души, так нет и похожих монастырей. Потому что монастырь — это душа многовековая, многострадальная, труднодоступная и совершенно неповторимая. Донской мужской монастырь в Москве в этом плане — место особое. Здесь тихо и спокойно, словно и не в Белокаменной находишься. К тому же, именно здесь вас сходу пригласят… на кладбище, а потом проведут в храм, бывший в советское время крематорием.

ОТ САЛТЫЧИХИ ДО ПУШКИНА. "Вы, наверное, хотите посмотреть надгробие Салтычихи? — озадачил нас гид, помощник наместника по историко-архитектурной части Донского монастыря Олег Стародубцев. — Но учтите: надпись "Салтычиха-убийца" появляется только во время дождя. А сейчас погодка неблагоприятная". В небе ярко светило солнце и не было ни одной тучки. Уточняю: "А кто такая Салтычиха?". "Это совершенно очаровательная женщина! — шутит сопровождающий. — Она собственноручно замучила 138 крепостных крестьян, за что просидела в каменном колодце 33 года и даже умудрилась родить там сына. Красавица, богатейшая женщина Москвы. У нее был роман с дедушкой Тютчева. А когда он ее бросил, она от ревности под него даже взрывчатку кинула. Посетители очень часто ищут именно ее могилу: то цветами завалят, то краской обольют. Может, оттого наша Дарья Салтыкова прячется. Вообще на двух гектарах некрополя расположены могилы бабушки и дедушки Пушкина, родственников Толстых, Чаадаевых, Чеховых, Шаховских, историка Ключевского и генерала Деникина. Столь изысканное общество нынче нигде и не найти. Место здесь стоило целое состояние — 3000 рублей. Считается, что здесь похоронена вся старая Москва. Неудивительно, что в XIX веке у молодежи была особая мода — прогуляться по некрополю Донского монастыря". И действительно: за центральным собором Донской иконы Божией матери открывается вид на целый ряд старинных могил, надгробие каждой из которых — шедевр. "Наш некрополь сравним разве что с некрополем Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге, — продолжает Стародубцев. — Есть уникальные эпитафии, например: "Умерла от операции доктора Снигирева". К слову, это был крупный хирург, в Москве даже есть Снигиревская детская больница. В советское время некрополь уцелел благодаря тому, что при монастыре открыли Музей истории архитектуры. Зато в монастырских кельях был проходной двор: и обувная фабрика, и общежитие. Но по старой памяти москвичи приходили в часовни некрополя: якобы цветы положить, а на самом деле молились".

Скульптура Ивана Мартоса. Перед войной у ангела исчезли крылья.

ЧУДЕСА И ЛЕГО. "Перед Великой Отечественной войной у одной из скульптур ангела на кладбище исчезли крылья, осталась лишь арматура, — говорит Олег Стародубцев. — Кому они понадобились — неизвестно. Ангела этого создал гениальный скульптор украинского происхождения Иван Мартос — автор скульптур у подвесных мостов Петербурга, в храме Казанской Божьей Матери. Только при подготовке к Олимпиаде-80 скульпторы сняли слепки с плачущего ангела Мартоса в Питере и вернули нашему ангелу крылья". В монастырских стенах встроены мраморные горельефы из разрушенного в 1931 году храма Христа Спасителя. "Из 48 сохранилось только шесть, — говорит наш гид. — До 50-х годов они просто лежали на газоне, медленно разрушаясь, пока их не вмонтировали в стены. Теперь это одна из жемчужин Донского монастыря. Удивительно, что огромные горельефы созданы по типу конструктора "Лего": все на крючках, разбирается. А какая тщательная проработка деталей! Хотя висели они на огромной высоте и мало кому были бы видны. Скульптор Александр Логановский уделял внимание самой мелкой детали: каждый волосок, каждое колечко кольчуги делал, как для Господа. Ведь храм был данью великому Богу за победу 1812 года".

МОНАХИ И ПРИВИДЕНИЯ. Недалеко от центральных ворот  — двухэтажный братский корпус. "Сейчас здесь живут 16 насельников, — говорит наш гид. — Когда в 2002-м назначили нового наместника, монахов было всего девять. Так что можно сказать, за два года у нас прирост почти вдвое. Монастырь стал более открытым, для всех желающих монахи проводят лекции, на которых рассказывают об истории монастыря, о патриархе Тихоне и об истории русского православия". "А ночью по кладбищу не страшно ходить? — любопытствую я. — Мало ли, привидения какие ходят. Та же Салтычиха". Наш гид заулыбался: "Ну что вы! Во-первых, по ночам монаху полагается либо молиться, либо спать. А во-вторых, все наши покойнички тихие, отпетые по всем правилам. Донской монастырь  — действительно святая земля. Даже когда пришла официальная бумага, разрешающая метрополитену пробурить здесь скважину, наместник сказал: "Перед собором бурите, сколько угодно, а некрополь не трогайте!". Кладбище ведь — место покоя, и этот покой нарушать нельзя. А вот новое Донское кладбище, открытое в 1901-м, совсем другое дело. Вот там я никому не советую по ночам гулять". От старого аристократического новое отделено крепкой монастырской стеной. Есть калитка, но чаще всего она закрыта. "Если хотите, могу даже показать, где прежде был крематорий, — говорит Олег Стародубцев. — Только если плохо станет, то сразу выйдем. Дух или, как теперь говорят, энергетика там тяжелая. Не все выдерживают". Сопровождающий вывел нас через главные ворота, повернул налево и повел по центральной дороге к таинственному новому Донскому кладбищу.

НОВОЕ ДОНСКОЕ. "До 1901-го здесь были монастырские огороды, потом их отдали под кладбище. С отпеванием в советское время не сложилось, потому хоронили по-всякому, оттого и энергетика тяжелая, — предупреждает гид. — Однако до сих пор это место считается элитным кладбищем. Например, тут похоронили Валерию Новодворскую. Здесь покоятся прекрасные артисты Майя Кристалинская и Фаина Раневская, создатель космического корабля "Буран" Глеб Лозино-Лозинский, шестнадцать Героев Советского Союза, герои-разведчики. Но есть и совсем иные люди. Например, милейшая чета Блохиных. Генерал-майор этот считается самым кровавым палачом в мире! В советские времена он собственноручно расстрелял от 5000 до 7000 человек, в том числе троих своих начальников: Ягоду, Ежова и Берию. К старости, правда, сошел с ума. Вот теперь покоится тут, на престижном месте у входа. Справа, в глубине, видите, поросло все? Там где-то лежит прах Юровского, который расстрелял царскую семью в 1918-м. Там давно все прогнило и завалилось, мало кто рискует туда ходить. На этом кладбище может лежать прах заклятых врагов, например, Тухачевского и Берии. И не просто рядом— в одной могиле невостребованных прахов! А сжигали в храме прп Серафима Саровского в центре кладбища — большевики в 1926-м переоборудовали его в крематорий".

ХРАМ-КРЕМАТОРИЙ. Входим в небольшой, выкрашенный в розовый цвет храм. Здесь спокойно и уютно. Служительницы говорят, что эту церковь очень любят дети. "Храм-усыпальницу прп Серафима Саровского открыли в 1914 году. Есть верхний и нижний храм, посвященный канонизации благоверной Анны Кашинской, — рассказывает Стародубцев. — Но в 1918-м земли и строения Донского монастыря были конфискованы, а храм отошел похоронному отделу Москоммунхоза и был перестроен в стиле конструктивизма под крематорий. В верхнем храме соорудили ритуальный зал с органом, конфискованным из закрытого костела, и колумбарии. На месте алтаря ставили гроб, который опускали в нижний храм, переоборудованный под кремационные печи. В 30-е годы по ночам в машинах с надписью "Хлеб" к крематорию ежедневно привозили сотни трупов с Лубянки. Сжигали, а утром прах собирали лопатами в садовую тележку и ссыпали в колодец, который теперь носит название "Могила невостребованных прахов". По примерным подсчетам в ней хранится прах 17 000 человек! Таких колодцев на новом Донском кладбище найдено пять. Но точной информации о них никто не знает. Первые кремации совершались в 1926—1927 годах. Когда крематорий только открыли, власти активно пропагандировали новый вид захоронений "как более цивилизованный" и даже хвалились: "У нас самая дешевая кремация в мире!". Слева от алтаря — помещение, снизу до верху заполненное шкафами с вазами и кувшинами. Напоминает стеклянные витрины антикварных магазинов, только вместо ценников — имена и даты жизни и смерти. "Культуры кремационных захоронений в СССР не было, — объясняет гид. — Как вам прах в фанерном шкафу или двигателе от автомобиля вместо урны? Здесь около 2500 прахов и монастырь до сих пор не знает, что с ними делать. Посмотрим, где были кремационные печи?". Выйдя из колумбария, помощник наместника ведет нас по небольшой лесенке вниз. "Это нижний храм, священники служат здесь каждые выходные,  — объясняет Олег Викторович. — В 1927-м здесь установили немецкие печи "Гофф" (позднее такие были в Освенциме). По немецкой гарантии они должны были служить 10 лет. Но за день можно было кремировать максимум двух человек. А большевики кремировали ежедневно по 15! Потому чугун выгорал не за 10 лет, а за 1,5 года. Официально крематорий закрыли в 1972 году. До начала 90-х здесь совершали "лжекремации". Привозили покойного, прощались в зале, под музыку органа гроб спускали вниз, а ночью увозили в Николо-Архангельский крематорий, где сжигали, прах возвращали назад и утром выдавали родственникам урну. Когда в 1991 году храм вернули Донскому монастырю, печи разобрали и сделали ремонт. Говорят, служить здесь не страшно, ведь храм освящен. Теперь тут даже венчания проводят! Но есть помещения, в которые никто не решается входить".

17 000 в колодце. Так выглядит могила невостребованных прахов.

МОГИЛЫ ОДНОГО ИМЕНИ. У выхода из храма расположено помещение с толстой стеклянной плиткой вместо окон. "Это закрытые советские колумбарии, — объясняет Олег Стародубцев. — Здесь кремированы сотни тысяч человек, но точная цифра и сейчас находится под грифом "секретно". Кстати, на Новом Донском есть могилы, на которых только имя выбито или подпись. Это захоронения разведчиков, а о том, кто где похоронен, знают только работники спецслужб".

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ХРАМ: ЧУДОТВОРНАЯ ИКОНА, СВЯТЫЕ МОЩИ И КОТ-ПРИХОЖАНИН

После посещения Нового Донского кладбища с колумбариями и крематориями особенно хочется вернуться в храм. И не просто идти, а прибежать, упасть на колени, попросить у Господа прощение за все зло человечества и снова обрести мир в душе. Большой соборный храм Донской иконы Божьей Матери показался мне раем. Видя усталость, гид благосклонно разрешил сесть на монашеские стасидии — специальные деревянные кресла для длительных богослужений.

Монастырь был создан в XVI веке на месте походной церкви преподобного Сергия Радонежского и назван в честь Донской иконы Божьей матери, которая, по легенде, помогла царю Федору, сыну Ивана Грозного, обратить войско крымского хана Казы-­Гирея в бегство. "После смерти патриарха Тихона в 1925 году монастырь закрыли, зато здесь появился музей истории религии и атеизма. В соборе удалось сохранить все внутренние росписи и иконостас, сделанные в XVIII веке, — с гордостью говорит помощник наместника. — Уникальный иконостас резан в Оружейной палате и расписан ее лучшим живописцем Карпом Золотаревым в 1698 году. Полностью сохранились и росписи итальянского художника Антонио Клаудио. Паникадило висит с царских времен. На полу у нас вот — чугунные полы, правда, недавно здесь провели подогрев.

В храме находятся главные святыни монастыря: Донская икона чудотворная и рака с мощами святителя Тихона, всероссийского патриарха, который подвергался постоянному преследованию со стороны большевиков  — по одной из версий его отравили. В 1992 году в трапезной части малого собора были обретены мощи патриарха Тихона. Несмотря на влажность, за 67 лет мощи патриарха оказались нетленными. К ним постоянно приходят верующие и получают исцеление, а также ответы даже на самые трудные житейские проблемы.

Главный собор. Святыни — Донская икона и мощи св. Тихона.

Когда год назад отец-наместник решился провести здесь капитальный ремонт, вся братия перекрестилась. С одной стороны  — давно пора, а с другой  — где деньги взять? "Будем молиться и уповать на милость Божью",  — сказал отец-наместник. И в собор стали приходить люди, жертвовавшие на ремонт. Кто-то предложил позолотить в соборе кровлю, кто-то пожертвовал на новое каменное крыльцо. Как правило, имен не говорят  — просто оставляют финансы или присылают рабочих".

УДИВИТЕЛЬНЫЙ ПРИХОЖАНИН. Есть в Донском монастыре уникальный прихожанин — полосатый кот. Он появляется каждое воскресенье перед утренней службой ровно посреди лестницы. Встречает всех, кто идет в храм, отбывает службу и уходит. И так каждое воскресенье. Монахи называют его "неправильный кот" или "захожанин". "А правильный кот в монастыре имеется?" — интересуюсь. "Конечно! Правильный кот у нас обитает в положенном котам месте  — возле трапезной, — отвечает помощник наместника. — Ведет себя по-кошачьи хитро и нахально. И любит, чтобы с ним разговаривали. Хоть сто раз скажи: "Кис", он сто раз ответит: "Мяу". Перемяукать его людям еще не удавалось".

КЕЛЬЯ ПАТРИАРХА И УБИЙСТВО КЕЛЕЙНИКА

Около северных монастырских ворот Донского монастыря стоит небольшой двухэтажный домик, где с 1922 по 1925 год большевики держали под арестом первого всероссийского патриарха Тихона.

Кабинет святителя Тихона. Здесь прошли 2,5 года заточения.

"Святитель Тихон был кротким, не особо отличался дарами проповедничества, голос у него был очень слабый, но его очень любил народ, — рассказывает гид, подводя нас к небольшой дверце домика. — Времена тогда были тяжелые: в начале 1920-х годов для раскола церкви большевики организовали обновленческое движение, к которому в 1921 году перешли две трети церквей. Как-то ночью патриарха Тихона арестовали и перевезли в Донской монастырь. Ему запрещали принимать посетителей, выходить из комнат, посещать храм. Охрана из трех женщин морально унижала архипастыря: запретив ходить в туалет, охранницы ставили ведро посреди комнаты, а сами из комнаты не выходили. В полдень Тихона выводили на крышу надвратного храма на полчаса. Он подходил к ограде и благословлял ожидавший его внизу народ. Обычно дверь кельи запирали, но 9 декабря 1924 года она оказалась открытой. Двое человек поднялись по лестнице, постучались, а когда дверь открылась, дважды выстрелили в упор. Когда человек рухнул на пол, убийцы поняли, что застрелили не патриарха, а Якова Полозова, который 25 лет был келейником святителя Тихона. Убийцы, имитируя грабеж, схватили два пальто у входа, как тут в коридор вошел патриарх и воскликнул: "Люди! Люди! Вы же человека убили!" От неожиданности убийцы просто убежали. Якова Полозова похоронили у стены храма прп. Серафима Саровского. Через год умер и сам патриарх.

Есть мнение, что его отравил стоматолог, который, якобы закладывая яд в зуб, сказал: "Ваше святейшество… У меня двое детей". Патриарх Тихон ответил: "Делай!" — и прочел разрешительную молитву. Эта гипотеза косвенно подтверждается словами патриарха перед смертью: "Я знаю, что скоро умру. И ночь будет долгая-долгая и темная-темная, но я восстану". В кабинете и гостиной хранятся подлинные вещи патриарха, которые подняты в 1992 году, в момент обретения его мощей".

ИГУМЕН ПАРАМОН: "Невозможно служить Богу и одновременно разъединять людей"

Наместник Донского монастыря — о том, как стать монахом в Москве, о родственниках и о прививке от козней.

Настоятель монастыря. Родился и вырос в Западной Украине.

- Отец Парамон, мы были приятно удивлены, узнав, что выходец из Западной Украины стал наместником такого старинного древнего Московского монастыря! Как так получилось и много ли среди братии еще украинцев?

-  В Донском монастыре и до меня украинцы хорошо потрудились. Например, Большой Донской собор строили преимущественно выходцы из Украины. Кстати, и по структуре он построен, как строились южные храмы на территории Украины. Если на севере России в крестообразных храмах, четыре купола размещались по четырем углам, то в Украине – по сторонам света. Да и предыдущий наместник тоже был выходцем из Украины, только из Житомира.  Так что в Донском монастыре многое связано с Украиной. Вообще,  в  жизни случайностей не бывает. Господь каждого по-своему приводит в монастырь. Я никогда не думал, что буду служить в Донском монастыре. Как выходец из Троице-Сергиевой лавры я хотел, чтобы моя жизнь и служение были связаны с ней.  Я очень любил и люблю Троице-Сергиеву лавру и не собирался ее покидать. Человек предполагает, а Бог располагает. Однако путь мой продолжился через Сахалин, потом снова вернулся в Троице-Сергиеву лавру, потом перевели на приход в Москве. А вот несколько лет назад был назначен сюда. Потому сказать, специально сюда попадают украинцы или нет – невозможно. Там где воля Божия проявляется, там нет абсолютно никакой логики. Господь по-своему управляет и Церковью, и монастырями. И посылает необходимых Ему людей в тот или иной промежуток времени.

- На момент вашего назначения, монастырь нуждался в ремонте. Когда вы увидели весь этот объем работы, который необходим, с чего решили начать в первую очередь?

- Когда попадаешь в храм Божий, то понимаешь, что ты здесь как "служка", у Бога на посылках. И приставлен управлять не своим  умом, а Божьим. Ознакомившись с делами, я понял, что скучно мне здесь точно не будет, учитывая объемы работ, запущенное состояние объекта и количество братии. Когда я пришел, в монастыре было всего 10 насельников, один вскоре умер и осталось 9.   Но учитывая, что здесь хранятся святыни, почитаемый веками – тот же список Донской иконы Божией матери, мощи святителя Тихона, понимаешь, что не ты управляешь монастырем, а Господь,  Матерь Божия, святитель Тихон. Задача наместника состоит в том, чтобы монастырь развивался гармонично. Не только внешний лоск навести, не только здания и сооружения привести в порядок, а делать все для того, чтобы монашеская жизнь здесь не затихала. И создать все условия для братии: и для жизни, и для молитвы, и для послушания и испытания самих себя. Скорректировать свою волю так, чтобы совершать не то, что тебе хочется, а то, что соответствует воле Божие. Не смешать и не перепутать первостепенные вещи со второстепенными.

Монастырь городской, потому имеет свою специфику. У братии монастыря, конечно, есть родственники, потому они могут иногда, с моего разрешения, посещать родных. Например, Сергий Радонежский не уходил в монашество, пока были живы родители.

- Наверное, чтобы управлять монастырем, нужно быть достаточно строгим и требовательным?  Вы извините, но никуда не денешься – в Москву всегда хотят попасть миллионы, а тут в монастыре можно и спасаться, и за аренду квартиры не платить. Удобно. Как происходит процесс отбора в монахи?

- Не сказал бы, что я строгий наместник. Главное, я считаю, не мешать людям спасаться. И буду делать для того, чтобы Донской мужской монастырь не превратился в клуб по интересам для холостяков.  А для этого в первую очередь нужно, чтобы люди приходили сюда не потому, что Москва или идти некуда – такие в монастыре долго не продержатся. У нас минимум год трудового послушания, в течение которого мы смотрим, насколько человек не просто трудолюбив, а насколько он желает посвятить себя Богу. Если за год его желание только усилилось – тогда можно подумать о монашестве. Сердце для Бога закрывать нельзя, там ведь все чувства, помыслы, там все. Если они не от Бога – рано или поздно это проявится.  Монах старается, чтобы его сердце максимально  принадлежало Богу, а не еще кому-то или чему-то.  

- Как выходец из Украины, какие у вас отношения с Киево-Печерской лаврой?

  –   Я ведь в Киеве практически каждый год бываю, и обязательно посещаю Киево-Печерскую лавру. У меня там много друзей, со многими из которых мы учились или просто дружим, особенно те, кто прежде был насельниками  Троице-Сергиевой лавры. Поэтому связи у нас очень тесные и давным давно переплелись. Владыка Павел мне запомнился по моим студенческим годам – он приезжал каждый год на годовщину пожара. После вечерних молитв служилась панихида по этим ребятам. С тех пор я его помню. И каждый раз, посещая Киево-Печерскую лавру, поражаюсь, как она преобразилась за время его наместничества. Это фантастика!

- Общаетесь с родственниками в Украине?

- Конечно! Пока живы родители, меня будет тянуть в Украину. Хотя я с 1994 года проживаю в России, но каждый год приезжаю домой. Слежу за новостями из СМИ как российских, так и украинских, чтобы более-менее объективно понимать, что происходит.  Чтоб не было, как мой папа любит говорить: "Если мама сходила в центр села, то я знаю даже, что в Нью-Йорке творится".   

- Неоднократно слышали, что в связи с ситуацией между нашими странами, значительно уменьшилось количество паломников из Украины. Что бы вы посоветовали нашим украинским верующим?

- Ситуация непростая, между нами пытаются посеять смуту, знаете, как между двумя братьями. Жители Украины проживают очень непростое время. Точно могу сказать, за 20 лет жизни в России я никогда и нигде не видел никакой агрессии по отношению к украинским туристам, паломникам и вообще украинским людям. Никогда и нигде. Есть такое понятие как великодушие. И оно присуще как украинцам, так и русским. В этом мы едины. Как едины в вере православной. В этом и заключается самое большое богатство наших народов и самая большая тайна наших народов. Давайте и дальше оставаться великодушными по отношению друг к другу. Это первая прививка от  козней тех, кто хочет эту вражду посеять. 

Человеческие амбиции не стоят того, чтобы утратить веру, перестать ходить в храм или общаться с родственниками из России. И тем более амбиции не стоят ни одной человеческой жизни! Господь нас любит такими, какими мы есть, так почему мы поступаем иначе? Если мы одной веры – то всегда полное взаимопонимание, не имеет значения украинец, русский, еврей или грузин. Мы не служим вражде, или политическим партиям. Отметайте это от себя! Преподобный Серафим Саровский кого-то делит, или его можно делить? Нет. Апостолы кого-то делили по национальности, это русские апостолы, а это украинские? Нет! Бог есть любовь. И Церковь зиждется на любви.

 Потому украинским паломникам у нас бояться нечего. Наоборот, пусть чаще приезжают в православные храмы и монастыри России. Мы вместе молимся и будем молиться о том, чтобы все плохое поскорее прекратилось. Вы не поверите. Но даже в Украине не молятся так, как молятся в России за восстановление мира. На каждой литургии читается молитва о мире, о прекращении вражды. У нас одно с вами большое желание – чтобы страдания человеческие поскорее прекратились.  Человек, когда окунается в пучину греха – у него глаза застилаются.

Бог каждому  народу дает испытание, из которого можно выйти озлобленным, а можно выйти окрепшим духом и силами. Надеюсь, украинский народ выйдет окрепшим. 

- Да, больно просто, что люди гибнут уже и неясно за что именно.  Что бы вы пожелали людям, которые сейчас находятся на Востоке Украины?

- Боль за то, что страдают и погибают и с той, и с другой стороны. Если мы семья, так что, переколотить друг друга, если у нас разные мнения? Можно и ненависть довести до идеала, чтобы уже никогда не примириться. Когда гибнет один два человека, сламывается барьер и дальше остановить вражду очень сложно. Среди наших насельников есть украинцы. Мы замечательно все ладим. Если политики не верят, что русские и украинцы могут дружить, пусть приезжают в наш монастырь. Ведь можно не просто сесть за стол переговоров, а по-человечески пригласить друг друга на блины, как у нас говорят, и нормально договориться.  Трудиться надо на единство. Невозможно служить Богу и одновременно разъединять людей. Это не служение Богу, а путь в никуда. У нас могут быть разные мысли, но фундамент один. Понятно, что мы все разные, все с характером. Но в вере православной мы едины! На Севере, где я служил, даже Сахалин называли "Хохолин" и Итуруп называли "Итурупенко", потому что минимум половина жителей были выходцев из Украины. Так и во всей России. Сердце – его же не поделишь, оно одно. Едиными устами и единым сердцем славить Бога, чтобы была полная гармония, и воцарился мир между людьми.

Анастасия Белоусова, "Сегодня".

Читайте последние новости Украины и мира на канале УНИАН в Telegram