Патриарх Кирилл: я позволю себе поставить Ющенко несколько вопросов

Патриарх Кирилл: я позволю себе поставить Ющенко несколько вопросов

В понедельник в Украину с пасторским визитом прибывает патриарх Московский Кирилл. За три дня до визита корреспондент УНИАН вместе с группой журналистов ведущих украинских СМИ встретилась с главой РПЦ  в Москве

В понедельник в Украину с пасторским визитом прибывает патриарх Московский Кирилл. За три дня до визита корреспондент УНИАН вместе с группой журналистов ведущих украинских СМИ встретилась с главой РПЦ  в Москве

Спикер РПЦ: Украину никто и не держит

Мы прибыли в Москву за день до назначенной встречи. Накануне мы договорились увидеться с личным Председателем Синодального информационного отдела РПЦ Владимиром Легойдой, чтобы обсудить предложенные агентством вопросы. По фотографиям он производил впечатление типичного церковного бюрократа, но при встрече спикер РПЦ (по совместительству заведующий кафедрой международной журналистики МГИМО и редактор лучшего в СНГ православного журнала) обезоружил улыбкой, избрав тон понимающий и извиняющийся.

- Мы не захотели отказываться от вашего участия во встрече. Но явно провокативный тон предложенных вами вопросов для патриарха, вынуждающий Его Святейшество с первых строк оправдываться, это ведь … Это, ну подумайте сами, разве можно плевать под ноги человеку, только ступающему на вашу землю?

Признаюсь, что присланные мной вопросы, и правда, звучали резковато. Но я сформулировала все, что посчитала интересным для своего читателя. Просто не представляла, как можно ехать к главе РПЦ и не спросить о снятии анафемы Мазепе. Ведь снятие анафемы с нашего гетьмана это уже не подарок Украине, это, простите, запоздалый должок.

- Мы осознаем всю важность предложенных вами тем, но если вы будете ездить с нами по Украине, мы обязательно сможем поговорить об этом в дальнейших поездках, - убежденно говорил Легойда.

- Вы говорите, что в Русской Церкви судьба священника зависит от политика, а в Греческой, наоборот, судьба политика зависит от мнения о нем священнослужителя. Но ведь это очень спорное утверждение. И я знаю, что у нас в церкви судьбы священника не зависят от мнения о нем политиков, - продолжал убеждать меня Владимир Романович.

Я раздумывала, что лучше – отказаться от встречи с главой РПЦ  или смягчить тон и убрать нежелательные вопросы, чтобы первой передать месиджи главы РПЦ клиру и мирянам.

- Или вот, вы спрашиваете Его Святейшество, хватит ли патриарху мужества пренебречь волей президента, если воля Творца будет в том, чтобы отдать УПЦ поместный статус. Но ведь это же оскорбительно, вы заранее обвиняете его в том, что ему не хватит мужества противостоять власти, основываясь на стереотипах, и совершенно не зная патриарха, - Легойда казался расстроенным.

- Я тоже хотела бы спросить у вас, - наконец  заговорила я, - мы - православные, близкие вам люди. Российские духовные школы, ваше искусство сейчас переживают большой подъем. Мы всегда будем готовы прислушиваться к Русской Церкви, и станем по настоящему родными народами, если вы отдадите Украинской церкви полную автокефалию.

Мы станем в тысячи раз ближе, если поверим, что вы не хотите политически влиять и доминировать, - говорила я официальному спикеру РПЦ.

- Вас никто не держит, - мягко и немного устало говорил он. - Если бы в Украине было единство, если бы это желание было общим желанием всей паствы, то кто бы остановил этот процесс?

В результате мы одну за другой смягчали формулировки, убирали отдельные вопросы с твердым обещанием спикера РПЦ вернуться к ним позже. Впрочем, Легойда демократично молчал, когда я отказывалась от его формулировок с мотивацией «читатель не поймет».

- Скажите патриарху, что если он отдаст Украине автокефалию, то его прославят все святые киевского неба, а после его кончины мы положим его вместе с нашими преподобными в пещерах Киево-Печерской Лавры, - сказала я, мысленно прикинув, имею ли я право давать такие обещания патриарху.

- Он захочет лежать в Смоленске, - улыбнулся Легойда, прощаясь с нами.

***

Патриарх Кирилл: Полная автокефалия?  Украина и так поместна…

На следующий день мы поехали в Данилов монастырь. Всего у патриарха  есть две резиденции (достаточно скромное здание Московской патриархии в Чистом переулке, роскошные покои в одном из зданий Данилового монастыря) и дача в Переделкино, в которой он живет.  Встреча журналистов проходила  в Даниловом монастыре. Перед приездом патриарха появилось несколько  охранников, которые заняли места в разных местах первого холла резиденции. Поскольку мы пришли раньше, нас попросили выйти в боковой зал. Таким образом, мы смогли увидеть, как прошествует патриарх только сзади. Вообще красота резиденции, вид выложенных на стене мрамором  гербов городов Киевской Руси, ковры вызвали у меня несколько необычное чувство. Я привыкла к тому, что наш митрополит Киевский Владимир встречает нас в своей небольшой приемной, что он ходит без охраны. Рассказывают, что  иногда, гуляя по своему саду, на вопросы заглядывающих туда зевак: эй, дед, ты – поп? глава украинской церкви блаженнейший Владимир может улыбнуться и ответить: «Поп».

Я одернула себя от неуместных сравнений и настроила на благочестивый лад. Его Святейшество прошел в комнату, где его ждали журналисты, попросил добавить свет, чтобы видеть глаза собеседников.  Он благословил присутствующих, а на просьбу телевизионщиков смотреть только в камеру, спросил: «А можно ли взглянуть в сторону, на девушек, а то они обидятся?» «Можно?» - обратился к нам патриарх. «Только украдкой, Ваше Святейшество», - ответила я за всех присутствующих девушек.

Сначала патриарх Московский выступил с маленькой прембулой.

Глава РПЦ сказал, как ждет поездку в Украину, сказал, что соприкосновение со святынями Руси, соприкосновение с киевскими святынями, это большая духовная радость, которую ничто не способно омрачить.

- Ну а что касается характера визита, о котором сейчас много говорят и даже спорят, то пользуясь случаем, хотел бы сказать, что у меня одна цель – вместе помолиться с украинским народом. Кому-то это заявление может показаться странным, кому-то лицемерным, кому-то, возможно, вообще далеким от правды. Но это так. За всю свою жизнь я вынес самый главный урок для себя. Бог очень близок к нам. Он так близок, что мы даже себе этого не представляем. Но сила Божья совершается в человеческой немощи. И уж где, как не в церкви, и особенно где, как ни в руководстве церкви чувствовать и понимать, что только с опорой на помощь Божью можно совершать нечто полезное и для других, и для спасения своей собственной души. Поэтому этот визит пасторский. Не нужно в нем видеть никаких политических составляющих. Естественно, меня будут спрашивать о вопросах, имеющих политическое звучание. И я буду отвечать. Но это не будет голос политика, потому что моя задача не давать политических рецептов и не делать политического анализа. А моя задача, как патриарха помолиться с этим народом и вместе с ним поразмышлять о нашем общем церковном настоящем, о нашем будущем.

Мой вопрос о том, каким в будущем патриарх видит статус Украинской Православной Церкви был вторым.

- Ко мне поступают обращения из разных адресов по поводу того, чтобы были предприняты  решительные шаги во время моего визита. Я не думаю, что я должен предпринять какие-то решительные шаги. Я должен внимательно слышать и слушать людей. Я должен иметь возможность, познакомившись с разными точками зрения, преломить эти точки зрения через свое  собственное богословское и историософское восприятие жизни. Я глубоко убежден, что поместная церковь в Украине существует. Я не просто в этом убежден, я богословски и канонически утверждаю, что это так. Этой церковью является Украинская православная Церковь. Другое дело, что от этой церкви отделились определенные группы людей. Но все отделившиеся - это наши браться и сестры. Хотят они этого или не хотят.

Предполагаю, что этот месидж можно считать ключевым. Патриарх сказал, что широкая автономия, которой располагает Украинская православная Церковь, - это и есть поместность.  После визита я встречусь со специалистами-богословами, которые будут внимательно слушать все выступления патриарха, чтобы обсудить разницу статусов и хитрости терминологии.  Но думаю, что от этого первого послания главы РПЦ вопрос паствы - раз уж у нас есть полное самоуправление, то почему же у нас не может быть и самовозглавления, почему мы не можем избирать своего патриарха, -  будет звучать не менее настойчиво.

К слову, сторонникам автокефалии может показаться симптоматичным еще один тезис, озвученный в ответе на другой вопрос.

«Патриотизм  христианский и церковный отличается от национализма. Патриотизм всегда сбалансирован христианским универсализмом. Национализм ничем не сбалансирован. Христианский универсализм дает такое мощное нравственное измерение человеку и такую сильную нравственную мотивацию, что его любовь к своему народу, его верность своему государству всегда сбалансированы тем, что мы можем называть общими человеческими ценностями, но не в либеральном их понимании, а в христианском их понимании. Поэтому наш призыв к патриотизму распространяется и на Украину, и на Белоруссию и на все другие страны»,  -сказал  патриарх РПЦ. 

Такая оценка национализма (а тема украинского национализма очень модная в России), как мне кажется, тоже напрямую связано с требованием предоставления УПЦ статуса полной канонической автокефалии.

Вообще-то, мое внимательное отслеживание тем автокефалии и попыток влияния не мешало мне в очередной раз отметить: патриарх – исключительный проповедник. Не могу не заметить, что все присутствующие слушали его, затаив дыхание.  Его рассуждения о новых формах  проповеди для молодежи, церковное осмысление кризиса, тема церковно-государственных отношений  звучали невероятно интересно. И для людей, которые его любят, его приезд станет большим праздником.  Но я подумала, что Российская церковь хоть и наработала прекрасную интеллектуальную базу на тему отношений «церковь – государство», но украинский предстоятель УПЦ блаженнейший Владимир концепцию свободной от государства церкви намного глубже реализовал. Знаете в чем это проявляется? Блаженнейший Владимир не ездит ни к кому из политиков. А к нему приезжают абсолютно все рейтинговые политики Украины. На чай, на разговор, с просьбами о крещении, за благословением и молитвой. Ведь это все очень просто. Главе Украинской Православной Церкви от них ничего не надо, и он им ничего не должен. 

Еще один вопрос УНИАН касался встречи патриарха с Президентом Виктором Ющенко.

- Мы с Виктором Андреевичем встречались много раз, еще когда я был митрополитом и нес ответственность за связи нашей церкви, - ответил патриарх. - У нас есть опыт личного общения и есть какая-то повестка дня, к которой мы прикасаемся всякий раз. В первую очередь это, конечно, тема религиозной жизни на Украине. Мы обсуждаем ее с разных точек зрения и я полагаю, что мы продолжим этот разговор. Но, развивая этот тезис о положении религиозных организаций на Украине, я думаю, что в общении с Виктором Андреевичем я позволил бы себе поставить и некоторые конкретные вопросы. Я внимательно слежу за теми идеями, которые высказываются Украинской Православной Церковью и другими религиозными организациями относительно решения целого ряда вопросов, которые они считают необходимым решить в контексте государственно-церковных отношений на Украине. Я думаю, что нам имеет смысл поговорить об этих вопросах. И я с симпатией отношусь к этим предложениям религиозных организаций Украины. (Намек на публичное обращение к нему главы УПЦ КП Филарета встретиться? – авт.)

О том, какими будут конкретные вопросы, уточнять Его Святейшество не стал.

Одним из последних вопросов встречи стал вопрос УНИАН о том, исповедуется ли патриарх и сколько он молится.

- Конечно, патриарх должен исповедоваться. У меня духовник старец Илия, духовник из Оптиной пустыни, которого я знаю очень долгие годы. Мы одновременно с ним учились в Санкт-Петербургской духовной Академии, он постарше меня по возрасту. Но уже тогда, когда он был студентом, мы его все любили и все почитали, как человека очень духоносного. Я радуюсь, что мы живем с ним вместе в одном доме. Мы часто с ним встречаемся, молимся вместе. Что касается молитвы, то без нее невозможно осуществлять никакого дела в Церкви. Я убежден, что не только в Церкви. Через молитву мы чувствуем Божье присутствие или его не чувствуем. В молитве мы поручаем себя Господу  и отдаем себя в его руки. В ответ на эту молитву Господь действительно нас принимает в свои руки, помогает избегать ошибок, ведет по жизни, помогает сохранять мирный дух, когда вокруг тебя общественная турбуленция. Поэтому молитва есть непременное условие жизни священника. Если из жизни священника уходит молитва, он перестает быть религиозным человеком,  хотя остается человеком верующим. Религиозность предполагает живую связь с Богом. Нередко бывает так, что батюшки строят, ремонтируют, организуют, восстанавливают, собирают средства и вот это вертикальное измерение жизни священника становится периферийным. Он, конечно, умом признает бытие Господа, верит в Господа, но если из жизни уходит личная молитва, то теряется религиозный характер жизни. Я сожалею, что мой образ жизни не дает мне молиться столько, сколько я бы хотел, но без молитвы не может быть патриаршего служения.

***

Вместо эпилога…

Я работала над статьей сначала в резиденции Патриарха в Даниловом монастыре, потом - в в здании патриархии в Чистом переулке.  В пресс-службе московской патриархии ко мне отнеслись  дружелюбно, предлагали чай, внимательно выслушивали мою лекцию о необходимости поместности  для Украины и о том, что дружить поместными церквями - это намного искреннее, чем под одним куполом, но на разных баррикадах. Меня не перебивали, но иногда интересовались: много ли в УПЦ таких украинских националистов? Я рассказывала, что наиболее вдумчивая паства УПЦ ищет себе духовников, не упоминающих отношения с Россией, не интересующихся политическими взглядами прихожан, таким образом, объясняя, что и среди украинского клира очень много украинских патриотов.

После встречи ко мне подошли журналисты российского телеканала с просьбой ответить на вопросы, понравилась ли мне встреча, ждут ли патриарха в России. Я ответила, что встреча понравилась, ведь Его Святейшество славится как прекрасный богослов и полемист. А насчет «ждут ли встречи», было бы неправдой сказать, что в Украине ее все ждут одинаково сильно. Кто-то ждет, а кто-то присматривается, а кто-то вообще реагирует очень сдержанно.

Вечером меня провожали друзья, которые сказали, что видели меня в новостях, где я очень восторженно говорила о патриархе и о том, как его ждут. Вернувшись в Киев, я зашла на сайт телеканала и действительно обнаружила, что мое короткое интервью несколько секвестировано. Моей фразы о том, что было бы неправдой считать, что все ждут приезда патриарха одинаково сильно, – не было. Как и не было окончено предложение, что часть украинцев вообще относится к его приезду очень сдержанно. Равно, как и не прозвучали в телеэфире слова, где я выразила надежду, что после визита в Украину патриарх сможет сделать правильный вывод о том, каким должен быть дальнейший путь развития Украинской Церкви. Подобный монтаж был неприятен, поскольку я и так очень тщательно подбирала выражения, сознательно смягчая истинную картину настроений украинцев. Что там и говорить... Это же Россия, подумала я, страна с особенной демократией, где даже Госдума - не место для дискуссий.... Но в любом случае, я думаю, что нам нужно встретить патриарха хорошо. Мы должны показать, что умеем встречать гостей и не способны обидеть ни одного священника, тем более патриарха РПЦ. Этот прием - наш тест на духовную зрелость, который мы сдаем отнюдь не России. Мы его сдаем всему православному миру и самому Господу. Встретить патриарха радостно нас попросил один из самых любимых всем православным миром иерархов -  предстоятель Украинской Православной Церкви Владимир. И, в конце концов, что может быть лучше, чем вместе молиться? Ничего.

Лана САМОХВАЛОВА, Киев – Москва - Киев

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter